Где логика?

2011 01 30

Случилось приятное – власти снизошли до изменения меры пресечения некоторым политзаключенным – экс-кандидату в президенты Владимиру Некляеву, журналистам Сергею Возняку, Ирине Халип и Наталье Радиной, руководителю штаба еще одного экс-кандидата в президенты Андрея Санникова Владимиру Кобецу, еще некоторым известным соотечественникам. Тем не менее, большинство проходящих в качестве обвиняемых или подозреваемых по уголовному делу, возбужденному в связи с событиями 19 декабря 2010 года, остаются в неволе. Какой логикой руководствовались силовики, отпуская одних и покидая в СИЗО других?

Ситуацию прокомментировать для euramost.org согласился политолог Александр Класковский.

- Тут несколько принципов для действий, несколько соображений. Во-первых, Некляев – это знаковая фигура, человек, который выглядел самым сильным кандидатом и, по данным независимой социологии, он больше всего набрал голосов, поэтому изменение меры пресечения именно ему является жестом: мол, видите, самого крупного противника мы решили держать на более длинном поводке. Так что Некляев попал в эту партию как символическая фигура.

Две женщины, Радина и Халип, потому что женщины, здесь демонстрируется такой своеобразный, деформированный «гуманизм» белорусской власти. Тем более, что в отношении Ирины Халип много говорилось о ее трехлетнем ребенке, это одна из самых драматичных струн, которая звучала в комментариях. И тут тоже вроде бы смягчается ситуация, когда трехлетний ребенок оказался без родителей.

Плюс интересная формулировка органов, которые принимали решение об изменении меры пресечения. Там идет перечень параметров, начиная от роли в событиях и заканчивая «взаимодействием со следствием», то есть, кроме всего прочего, используется такой иезуитский прием, когда этими единичными выпусками из «американки» ставится и попутная цель посеять раздор и недоверие в ряды оппозиции, поскольку и так уже циркулируют различные подозрения. Кто кого сдал, кто подписал и какую покаянную бумагу, и такая туманна формулировка на счет вероятного сотрудничества со следствием имеет целью и замутить воду, чтобы усилить взаимные подозрения и распри в оппозиционном лагере.

- Из СИЗО КГБ выпустили Некляева, Возняка. А почему тогда там держат Александра Федуту, состояние здоровья которого оставляет желать лучшего?

- Тут остается только строит версии, потому что белорусская система, которая в принципе не отличается открытостью, в этой ситуации вообще отбросила всякие условности. Это попрание всяких норм, когда адвокатам не позволяют общаться со своими подзащитными тет-а-тет, когда письма ни туда, ни оттуда не доходят, создается информационный вакуум – тут власти и органы, получившие карт-бланш, полностью развязали себе руки, поэтому можно только гадать, какой логикой они руководствуются. Здесь какие-то соображения, которые имеют мало общего со следствием, с установлением истины, это зависит от каких-то других хитроумных построений в головах людей, которые сейчас занимаются этим делом.

Идет игра, и все эти люди явно были заключены под стражу по политическим мотивам, и поэтому все эти игры объясняются сугубо политическими факторами, а не степенью какой-то мифической вины или участия в этом мифическом заговоре якобы по свержению власти.

Геннадий ЛОГИНОВ